Инициатива Зеленского о расширении “Норманди” – переливание из пустого в порожнее

Владимиру Зеленскому так долго и так часто напоминали в Украине об обещанном им «плане Б» для урегулирования в Донбассе (если за год его президентства «Минск» «не сработает»), что плотину, похоже, прорвало, и в последнее время Зе!президент просто фонтанирует идеями на сей счет. Правда, слушая их, трудно сказать, что хуже — давняя мантра «Минск — наше все» или подобный неуемный поток «креатива».

Напомним тем, кто не успевает следить за бурным течением президентской внешнеполитической мысли, что после сообщения в апреле этого года на израильском ТВ о предложении Киева Биньямину Нетаньяху стать посредником в переговорах с Россией, буквально сразу, не откладывая в долгий ящик – на этот раз из интервью украинского президента газете The Financial Times – мир узнал о его предложении изменить «нормандский формат», расширив его за счет США, Великобритании и Канады. Заодно Зеленский предложил как-то видоизменить и «Минск» — то ли сделать «более гибким» «минский процесс», то ли «изменить» и «скорректировать» «минский формат» , похоже, разницы между этими дефинициями после двух с половиной лет президентства для него не существует.

Все это активно цитируется СМИ, но это не более чем информационный шум. Потому что высказанные «идеи» президента — это не хорошо продуманная и выверенная в консультациях с партнерами стратегия, а пустое сотрясание воздуха. Почему? Попытаемся кратко пояснить.

Во-первых, на изменение «нормандского формата» не согласится Россия. В своих миротворческих фантазиях Зе!президент постоянно забывает, что проблема не в отсутствии предложений, планов, дорожных карт и форматов. Первопричина всех проблем урегулирования конфликта в том, что агрессор — Россия — либо не хочет этого урегулирования вообще, либо готова завершить его исключительно на своих условиях. Россия не хочет изменения, а тем более расширения «нормандского формата», она хочет его скорейшей смерти даже в нынешнем составе — пока в нем в качестве посредников лишь довольно сдержанные в плане реакции на российские выходки Германия и Франция. Об этом свидетельствуют давние настойчивые попытки России придать большего веса «минской» площадке, куда она таскает «представителей» «ЛНР/ДНР», и где она мнит себя посредником, а не стороной конфликта. Неужели на Банковой кто-то всерьез верит, что Россия вдруг согласится, чтобы за столом переговоров напротив нее вдруг оказались такие «три богатыря» как США, Великобритания и Канада, оказывающие Украине наибольшую помощь в противостоянии российской агрессии?

Кремль, кстати, уже отреагировал на предложение Зеленского и устами путинского пресс-секретаря Пескова назвал его «очередным тревожным сигналом», подчеркнув, что видоизменить минский процесс, «не положив, собственно, ему конец, просто невозможно».

Во-вторых, на изменение «нормандского формата» не согласятся Франция и Германия. Они всегда были против этого. Берлин и Париж, в отличие от Банковой, вполне осознают, что Россия ни за что не согласится на присутствие в этом формате американцев, и небезосновательно опасаются, что Москва, хлопнув дверью, вообще выйдет из переговоров. А как неоднократно заявляли наши партнеры, с Москвой всегда лучше говорить, чем не говорить. «Суть дипломатии заключается в том, чтобы разговаривать с теми странами, отношения с которыми напряжены, а не всегда говорить только с теми, с кем нет разногласий во мнениях. Это в особенности касается России и конкретно сейчас», — заявила в интервью телеканалу ARD министр иностранных дел Германии.

Берлин и Париж всегда были против присутствия Вашингтона в «нормандском формате» еще и потому, что они считают его «своим» и видят себя, а не дядю Сэма, главными посредниками. И пусть это чемодан без ручки, хотя бы минимальные дивиденды, в частности имиджевые, они хотели бы получить сами: Ангела Меркель — перед завершением своей карьеры в большой политике, Эмманюэль Макрон — напротив, для ее продолжения, ведь через год у него сложные выборы, и ему хотелось бы не только остаться президентом Франции, но и продемонстрировать собственный вес и влиятельность в Европе и мире. Урегулирование в Донбассе (пускай и за счет уступок со стороны Украины) стало бы для Меркель и Макрона достойной строкой в их послужных списках и на страницах Википедии.

Что касается Британии и Канады, то их присутствие нынешним посредникам из «Норманди» также не нужно. Во-первых, это самые надежные союзники Штатов, во многом разделяющие их взгляды и действия на внешней арене, во-вторых, у Лондона из-за Брекзита и так натянуты отношения с Евросоюзом и их локомотивом — Германией и Францией, поэтому вряд ли им всем захочется спорить за одним столом еще и из-за Украины с Россией.

В-третьих, упорно игнорирующая дипломатические каноны Банковая, выдвигая инициативы новых форматов, упускает из виду такую «мелочь» как логистика. Вот как часто, по мнению тамошних придумщиков, президент Байден будет мотаться в Европу для участия в «расширенном нормандском формате»? А его младший, но тоже весьма занятой канадский коллега Джастин Трюдо? Зеленскому даже в момент самого значительного с 2014 года обострения российской угрозы пришлось достаточно долго (дольше, чем Путину) ждать совместного общения с Макроном и Меркель. Сколько же времени потребуется для согласования графиков лидеров семи (!) государств (даже если все они будут сидеть в Zoom, а не за столом переговоров)? Даже советников лидеров «нормандской семерки» собрать будет весьма сложно, учитывая вес этих государств на мировой арене и их внешнеполитическую загрузку.

В-четверых. А интересовался ли кто-то собственно у Вашингтона, Лондона и Оттавы, прежде чем выпускать президента на интервью для солидного СМИ, хотят ли они стать участниками «нормандского формата»? Проводились ли консультации на эту тему? Или наши партнеры о своем «ангажементе» узнали тоже из интервью Зе!президента? А если их пригласили официально и заранее, то известен ли Банковой ответ этих столиц? Нет? Тогда как можно ставить уважаемых партнеров в неловкое положение и делать подобные заявления в СМИ? На Банковой вообще когда-нибудь слышали о таком вещи во внешней политике как предсказуемость? Нет? За два года можно было бы освоить хотя бы азы.

Кстати, еще вот вопрос: а почему это Банковая утрамбовывает всех геополитических тяжеловесов в одну нормандскую «корзину», а Израилю вдруг предлагает персональный статус посредника? И почему вдруг Израилю? Почему не Оману или, скажем, Катару? Тоже, между прочим, хорошие страны, Зеленский может подтвердить. Ну, вот думал кто-то на Банковой, зачем это Израилю и лично Нетаньяху нужно, особенно с учетом его недавнего проигрыша на выборах? Какие у него интересы в этом регионе, чтобы рисковать своим реноме там, где не справились Меркель с Макроном и его «папередником» Франсуа Олландом? Какие рычаги влияния/давления у Нетаньяху на Путина и захочет ли он их применять ради нашей страны? На Банковой может кто-то перечислить нам санкции, введенные Израилем в отношении России из-за ее агрессии против Украины, или хотя бы какие-то внятные заявления Тель-Авива во время последней эскалации у наших границ? Кто-нибудь в офисе президента задумывался, что для Израиля важнее — роль России в «иранском» и «сирийском» вопросах или в «украинском»?

Ладно, оставим Израиль в покое и вернемся к последней инициативе Зе!президента, пока он не озвучил новых.

О’кей, допустим фантастическое развитие событий и представим, что все страны — как «старожилы», так и свежеприглашенные — согласны объединиться в едином порыве в «Норманди». Будет ли это благом для Украины? Не уверена. По двум основным причинам.

Первая. Украина в этом случае станет заложницей еще большего количества двусторонних и многосторонних взаимоотношений, интересов и проблем. Как, например, уже сегодня мы наблюдаем, что Соединенные Штаты ликвидировали часть санкции против «Северного потока-2» из-за желания улучшить отношения с Германией, изрядно испорченные во времена Трампа. Или вспомним, как многострадальный договор Украины об открытом небе с Евросоюзом стал заложником британского Брекзита. Почему же мы теперь не должны опасаться, скажем, того, что Германия и Франция могут предложить Британии сбавить обороты в защите интересов Украины в «Норманди» в обмен на решение каких-то ее проблем в продолжающемся болезненном разводе с Евросоюзом? И таких ситуаций смоделировать можно, увы, немало.

Вторая причина. И о ней мы уже писали: не стоит объединять в одном формате мягких в своем отношении и медлительно-осторожных в своих действиях по отношению к России Германию и Францию с жесткими и куда более оперативными Соединенными Штатами, да еще вместе с ближайшими американскими единомышленниками — Британией и Канадой. Как настоятельно рекомендовал экс-министр иностранных дел Павел Климкин, не стоит ставить в один наряд доброго и злого полицейских. Вашингтон не устает заявил, что готов в случае чего вводить новые санкции против РФ. А германский министр Маас выступает против усиления антироссийских санкций, мотивируя тем, что, мол, новые ограничения не смогут принудить Кремль отказаться от агрессии против Украины и освободить Алексея Навального. Меркель с Макроном пошли еще дальше, предложив провести встречу лидеров Евросоюза с Путиным…

Так что если мы хотим погасить санкционный задор Вашингтона и решительность Лондона и Оттавы в поддержке Киева, давайте запихнем их вместе с Берлином и Парижем в один «формат» и назовем его «Лебедь, Рак и Щука».

Уже в который раз приходится писать: дело отнюдь не в форматах! Давайте вспомним хотя бы «5+2» — формат, созданный для приднестровского урегулирования: в него, помимо Молдовы и Приднестровья, России и Украины, также входят и США, и ЕС, и ОБСЕ — куда уж круче! И что? А ничего! «Приднестровской» проблеме уже 30 лет…

Не нужно играться в форматы и форматами. Украина не в той весовой категории, чтобы пытаться усадить вместе тех, кто этого сам не желает. Сегодня основные усилия стоит направить на другое. Многие эксперты сходятся во мнении, что сейчас перед Украиной открылось окно возможностей, но открылось, скорее всего, ненадолго. И за этот короткий период нужно добиваться не встречи Зеленского с Путиным (ну вот серьезно, неужели Зе!президент в самом деле считает, что может уговорить хозяина Кремля «прекратить войну» просто так, посмотрев ему в глаза и мило улыбнувшись? Или это очередной «прикол» ради очередного «видосика»? Если нет, то что же тогда Зеленский готов предложить Путину в обмен?). В действительности же, сейчас максимум дипломатических усилий необходимо направить на американское направление — на встречу Зеленского с Байденом. Потому что на этой встрече американский президент должен четко понимать, чего хочет Украина, какая конкретно помощь ей необходима, что она может сделать сама и что, в конечном счете, сделает на самом деле.

Татьяна Силина , Зеркало недели

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *