Выборы в России завершились: курица, конь в пальто и Дональд Трамп на избирательных участках

Когда-то, при социализме, подобные события назывались у нас «торжеством советской демократии». Народ в ту пору сформулировал суть выборов емко: «Голосуй — не голосуй, все равно получишь… КПСС». Избирательные бюллетени на нынешних выборах парламента, завершившихся 19 сентября, конечно, выглядели не столь лаконично, как в былые времена, но суть от этого не сильно изменилась. Голосуй — не голосуй, а изменений не предполагается.

Итак, событие свершилось. Оно знаменовало завершение очередного пятилетнего этапа перестройки политической системы и закручивания гаек. В его ходе была принята новая Конституция, реальная власть еще больше сконцентрировалась в Администрации президента, административная вертикаль укрепилась. Параллельно выяснилось, что часть населения страны — иностранные агенты, нежелательные в родных пенатах, другим несогласным дали понять, чтоб не вылезали из щелей. В такой ситуации голосование гарантировало стабильность как отсутствие перемен.

С одной стороны, итоги это и показали. Партия власти, «Единая Россия», получила чуть менее 50% голосов, КПРФ — почти 19%, ЛДПР — 7,5%, «Справедливая Россия» — менее 7,5%. Пятой партией в Госдуме станут дебютанты парламентских выборов «Новые люди», набравшие более 5%. «Единая Россия» также выиграла выборы в 199 из 225 одномандатных округов, КПРФ — в 9, эсеры — в 8, ЛДПР — в 2. В результате единороссы получают в Госдуме 324 мандата, КПРФ — 57, «Справедливая Россия — За Правду» — 27, ЛДПР — 21, «Новые люди» — 13. По одному мандату в результате голосования по одномандатным округам у «Партии Роста», партии «Родина» и «Гражданской платформы». Пять мандатов получили кандидаты-самовыдвиженцы, которые, видимо, примкнут к одной из парламентских фракций (создавать фракцию из одного депутата не позволяет регламент).

Но все это малозначащие детали, которые не влияют на общий расклад. Главное, «ЕР» сохраняет конституционное большинство. Роль так называемой системной оппозиции остается прежней — декорировать политическую систему под демократическую и создавать видимость дискуссии. Для этого же в Госдуму определили невесть откуда выскочивших «Новых людей», дающих возможность говорить о некоей динамике политической системы. Но суть остается прежней: Госдума существует для юридического оформления политических решений, принимаемых в Кремле, на Старой площади и проводимых через правительство.

К укреплению административной вертикали власти можно отнести и избрание назначенных ранее Кремлем глав девяти регионов. Уверенно победил, как нам говорят официальные цифры, даже отправленный из Москвы в Хабаровский край на замену осужденному Фургалу Михаил Дегтярев, против которого край так долго и бурно протестовал.

С другой стороны, цифры говорят о том, что лишь 50% из той половины населения, что принимает участие в голосовании, одобряют то, что происходит. Остальным либо наплевать, либо они понимают, что каким бы ни был парламент, власть находится в другом месте. Судя по картинкам в соцсетях, где строем голосуют военные, по свидетельствам бюджетников, которым рекомендовали «правильно» голосовать, нельзя с уверенностью сказать, что все они за нынешний застой.

Определенные сомнения вызывают и сами предъявленные цифры распределения голосов, если учесть многочисленные сообщения о выявленных нарушениях, о которых говорила даже глава ЦИК Элла Памфилова. Правда, ее заявление — «придется заводить уголовные дела» — выглядит как очередное свидетельство неработающей правоохранительной системы: разве глава ЦИК должна давать команду следователям? Совершенно непонятно, как относиться к электронному голосованию, в котором только в Москве участвовали 2 млн и которое никак не контролировалось. КПРФ, например, заявила, что не признает его итоги в столице. К этому следует добавить, что примерно 8-9 млн граждан лишены права быть избранными — это так называемые иноагенты, нежелательные, осужденные и прочие граждане России, ставшие изгоями за свои взгляды.

По большому счету, нынешний созыв Госдумы призван гарантировать то, что у нас называют «транзитом власти 2024 года», то есть переизбрание действующего президента. Однако едва ли вся эта конфигурация способна повернуть страну от деградации к развитию. Нас все время пытаются убедить, что страна развивается семимильными шагами, поэтому менять что-то в политической системе не нужно. Так оно, наверное, и видится наверху, где обеспечено процветание. Но по факту в стране не один год идет падение ВВП, который даже в первой половине текущего года, по данным Росстата, снизился на 0,8%, хотя весь мир, преодолев пандемию, приступил к ускоренному росту (ВВП КНР в первом полугодии рос темпом 12,7%, ВВП США показал рост 6,4%). Общим местом стали разговоры о многолетнем падении доходов населения, которые, впрочем, ничем не заканчиваются. Спутниками перечисленных «отдельных недостатков» остаются тотальная коррупция, беззаконие, избирательное применение права, социальная несправедливость, деградация образования и здравоохранения и прочие всем известные отличительные черты нашего общества. И все это в то время, когда наш сосед Китай, давно обогнавший нас по большинству показателей социального развития, реализует гигантские проекты переустройства своего общества и предлагает миру совершенно новую парадигму развития.

Можно, конечно предположить, что народ у нас несознательный, инертный, но трудно представить себе, чтобы он добровольно и сознательно отказался что-то улучшить в своей жизни. А посему не отпускает ощущение искусственности, ненатуральности всего происходящего, отражения некоего зазеркалья, в котором мы живем. Это ощущение в ходе нынешних выборов усиливало не только трехдневное и онлайн-голосование, но и многочисленные курьезы. Так, популярный сыровар Сирота явился на избирательный участок со своей козой по кличке Меркель. Другой избиратель-шутник притащил и выпустил поблизости от урны с бюллетенями енота, которого ловила вся избирательная комиссия. В Санкт-Петербурге голосовать пришел мужик в костюме зебры Марти из мультфильма «Мадагаскар». Расписаться за бюллетень он смог с трудом — голова билась о защитный барьер, членам комиссии пришлось ее придержать. В Ялте проголосовал «конь в пальто». Были еще избиратели в маске Дональда Трампа, в костюме с рогами, в оранжевом облачении аквалангиста и синих ластах. В Тюмени появился Железный человек, на Камчатке пришел голосовать Дэйви Джонс. В Ингушетии почти у каждого избирательного участка были свои концертные программы. На одном из таких лезгинку станцевал лично глава региона Махмуд-Али Калиматов.

Это уже ближе к театру абсурда.

Михаил Морозов, обозреватель”Труда”

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *